Образец ходатайства об исключении доказательств (протоколов допроса свидетелей) — советы опытного юриста

В случае если показания свидетеля были получены незаконным путем или свидетель имеет заинтересованность в деле, то такие сведения будут считаться недопустимыми доказательствами.

Участники судебного процесса могут подать ходатайство с просьбой счесть данные доказательства — свидетельские показания — недопустимыми, если можно будет доказать суду данный факт. Рассмотрим, как правильно составить такой документ.

Файлы в .

DOC:Бланк ходатайства об исключении показаний свидетеляОбразец ходатайства об исключении показаний свидетеля

Нормы законодательства в отношении недопустимых доказательств

В уголовных делах вопрос о недопустимых доказательствах регулируется ст. 75 УПК РФ. В ней сказано, что если показания свидетеля основываются на домыслах, догадках, не подкрепленные указанием источника осведомленности, то они относятся к недопустимым.

Что касается гражданских дел, то вопрос доказательств регулируется ст. 55 ГПК РФ. В ней сказано, что те сведения (а сюда относятся и показания свидетелей), которые были получены незаконным способом, юридической силы не имеют. То же самое указано в АПК РФ (ст. 64).

Как составить и подать документ

Законодательно установленной формы данного документа не существует, поэтому за основу берут структуру искового заявления. Ходатайство состоит из двух частей: шапки и основной.

Шапка

В этой части указывают следующую информацию:

  • Кому и куда направляется документ. Если дело гражданское или арбитражное, то указывают наименование суда, где оно рассматривается. Для уголовных дел возможны варианты: это либо суд, либо следственный отдел, в зависимости от того, на какой стадии находится дело.
  • От кого направляется документ. Для гражданских и арбитражных дел указывают данные истца и ответчика (ФИО, наименование организации, адреса, телефоны). Если дело уголовное, то, как правило, ходатайство подает защитник и, соответственно, указывает информацию о себе, а также в чьих интересах он действует.
  • Номер рассматриваемого дела.

Образец ходатайства об исключении доказательств (протоколов допроса свидетелей) - советы опытного юриста

Основная часть

  • В самом начале указывают сведения о том, где рассматривается дело, об участниках, предмете спора.
  • Далее начинается объяснение, почему показания того или иного свидетеля считаются недопустимыми и их надо исключить из дела.
  • Приводятся нормы закона, которые были нарушены.
  • Формулируется просьба. Например, так: «Прошу исключить из материалов дела показания свидетеля … (ФИО) … по причине … (причина)».
  • Если есть какие-либо приложения к документу, то их необходимо указать.
  • Образец ходатайства об исключении доказательств (протоколов допроса свидетелей) - советы опытного юриста

  • Заканчивается ходатайство датой составления и подписью заявителя.

Заявить ходатайство можно устно в зале суда, передав при этом письменный вариант для приложения к делу. Можно подать документ в канцелярию суда (или следователю в СУ) или отправить по почте.

Суд, получив данный документ, имеет право перенести заседание для рассмотрения ходатайства. Рассмотрев его, судья выносит определение.

Ходатайство об исключении доказательств: помощь адвоката

   В рамках уголовного судопроизводства следователем для подтверждения своей позиции собирается огромный пласт доказательственных материалов это и письменные доказательства, показания свидетелей, протоколы проводимых следственных действий и иные доказательства.

   Для достижения равенства сторон для защиты законодателем предусмотрено право для исключения указанных доказательств.

ВНИМАНИЕ: наш адвокат по уголовным делам поможет Вам: профессионально, на выгодно согласованных условий и в срок. Звоните уже сегодня!!!

Основания для заявления ходатайства об исключении доказательств

   В указанном случае основания для заявления указанного ходатайства можно условно разделить на следующие:

  • доказательства, которые получены с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства. Данному основанию посвящена статья в УПК РФ. основным в данном случае является обстоятельства получения доказательства незаконным способом, в частности допрос подозреваемого или обвиняемого без адвоката, проведение обыска в жилище без санкционирования данного действия судом и иные основания;
  • доказательства, которые по мнению защиты не имеют отношения к уголовному делу, в данном случая защитник, подозреваемый или обвиняемый, должны в указанном документе сообщить по какой причине данное доказательство не относиться к уголовному делу.

   Несомненно, основной причиной для исключения является именно недопустимость доказательства по причине получения его в обход закона, однако данные основания могут и комбинироваться.

ПОЛЕЗНО: читайте, как доказать свою невиновность по ссылке на сайте.

Что необходимо отразить в ходатайстве об исключении доказательств?

   При составлении данного документа в нем необходимо отразить следующие обстоятельства, и он должен обладать следующими разделами:

  1. Естественно «шапка» документа, не стоит начинать сразу описывать, что вас не устраивает в уголовном деле, следует соблюсти определенную форму. В данной части необходимо указать наименование суда, данные заявителя и его защитника;
  2. Содержательная часть. В данном разделе следует четко и сухо излагать с каким доказательством вы не согласны и по каким причинам. При этом рациональнее будет рассмотреть каждое недопустимое доказательство в отдельности и по каждому изложить конкретное нарушение уголовно-процессуального закона (конкретной статьи) и изложить основания для его исключения;
  3. Просительная часть, в ней отражается обращение к суду по исключении доказательства, при этом необходимо конкретно изложить листы дела, его расположения в материалах уголовного дела.

   Для достижения максимального результата необходимо имен в указанном порядке изложить свои требования, ведь чем больше документ отстранен от фактов и подвержен эмоциональной нагрузке, тем сложнее судье будет понять ваши требования.

На заметку: читайте, какие еще ходатайства адвоката по уголовным делам возможны по ссылке на нашем сайте

Когда заявить ходатайство об исключении доказательства?

   По общему правилу указанное ходатайство готовить после итогового ознакомления с материалами уголовного дела и является основанием для проведения предварительного слушанья.

   Именно на данной стадии судом разрешается указанное ходатайство. В случае удовлетворения указанного документа суд оформляет свое решение судебным актом. Тем не менее если судья отказала в удовлетворении Ваших законных требования — это не повод опускать руки.

   На этапе основного судебного разбирательства право на повторное заявление ходатайства об исключении доказательств сохраняется за подсудимым, вполне возможно Ваше ходатайство будет иметь большее значение уже после того как судья более детально ознакомиться с уголовным делом.

Последствия удовлетворения ходатайства об исключении доказательств

Образец ходатайства об исключении доказательств (протоколов допроса свидетелей) - советы опытного юриста

   Более того, зачастую доказательства рассматриваются в совокупности и признание недействительным одного может повлечь разрушение «как карточного домика» всей позиции обвинения. Бывают и случае, когда обвинение вообще держится на дном основном доказательстве, исключив которое подсудимый смело может рассчитывать на оправдательный приговор.

   Конечно много зависит именно от обоснованности указанного документа поэтому лучше обратиться за составлением данного документа к квалифицированному специалисту — адвокату по уголовным делам Адвокатского бюро «Кацайлиди и партнеры».

Отзыв о нашем адвокате по уголовному закону

Образец ходатайства об исключении доказательств (протоколов допроса свидетелей) - советы опытного юриста

Автор статьи:

© адвокат, управляющий партнер АБ «Кацайлиди и партнеры»

А.В. Кацайлиди

  • Отзыв по гражданским делам
  • Отзыв по банкротству физических лиц
  • Отзыв по сопровождению бизнеса

г. Екатеринбург, пер. Отдельный, 5

  1. остановка транспорта Гагарина
  2. Трамвай: А, 8, 13, 15, 23
  3. Автобус: 61, 25, 18, 14, 15
  4. Маршрутное такси: 70, 77, 04, 67

Ходатайство об исключении доказательств (протоколов допроса свидетелей)

Ходатайство защитника об исключении доказательств из материалов дела.

В документе защитник ходатайствует об исключении из материалов дела протоколов допроса свидетелей, как составленных с нарушением закона и показания в которых, изложены «под копирку» — абсолютно идентично друг другу. Особенности дела: дело по ст. 290 в отношении инспектора ГИБДД, обвиненного в поучении взятки от водителя.

 
Следователю (в суд)
______________________
______________________
От защитника — адвоката
___________________
в реестре адвокатов
_________
Адрес для корреспонденции:
____________________
в интересах

___________________

 
ХОДАТАЙСТВО
(в порядке ст.ст.53, 120 УПК РФ)
 

Ознакомившись с материалами уголовного дела в соответствии со ст.217 УПК РФ, обращаю Ваше внимание на следующее:
Свидетельские показания — единственный источник доказательств, к которому предъявлялись и предъявляются повышенные требования качественного характера.
Допрос, как известно, состоит из двух частей: первой — свободного рассказа и второй — задаваемых вопросов.

В соответствии со ст.190 УПК РФ (часть 1) Ход и результаты допроса отражаются в протоколе, составляемом в соответствии со статьями 166 и 167 настоящего Кодекса.

Согласно части 2 указанной статьи: «Показания допрашиваемого лица записываются от первого лица и по возможности дословно. Вопросы и ответы на них записываются в той последовательности, которая имела место в ходе допроса. В протокол записываются все вопросы, в том числе и те, которые были отведены следователем или на которые отказалось отвечать допрашиваемое лицо, с указанием мотивов отвода или отказа».
В соответствии с частью 2 статьи 189 УПК РФ (Общие правила проведения допроса): Задавать наводящие вопросы запрещается.
Согласно части 1 статьи 166 УПК РФ». Протокол следственного действия составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания».

В соответствии с частью 4 вышеуказанной статьи «В протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии».

Вместе с тем, в протоколах допросов свидетелей по делу построение всех буквально фраз и ответов свидетелей абсолютно идентично:
1. Построение всех буквально фраз свидетеля И. (л.д.______), абсолютно идентично построению фраз свидетеля Л. (л.д._______);
2. Построение всех буквально фраз свидетеля ВМ. (л.д.______), абсолютно идентично построению фраз свидетеля С.(л.д._________);
3. Построение всех буквально фраз свидетеля К (л.д.___________), абсолютно идентично построению фраз свидетеля А. (л.д. _________);
Это разные люди и они не могут говорить одно и то же одинаковыми фразами, каждый человек воспринимает происходящее по-своему, субъективно. Наличие же в тексте показаний разных свидетелей абсолютно идентичных речевых оборотов говорит о том, что показания записывали так, как было выгодно следствию.
В соответствии со статьей 83 УПК РФ, протоколы следственных действий допускаются в качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным Уголовно-процессуальным кодексом.
Данные протоколы допросов свидетелей И. (л.д._____), Л. (л.д._____), В. (л.д._____), С. (л.д._____), К. (л.д._____), ________. (л.д._____), этим требованиям не соответствует и в силу части 3 ст.7, ст.75 УПК РФ, являются недопустимыми доказательствами.
Из разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, содержащегося в Постановлении № 8 от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», согласно пункту 16 которого доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также, если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальным законом.
Учитывая, что протоколы допросов свидетелей И. (л.д._____), Л.( л.д._____), В. (л.д._____), С л.д._____, К. (л.д.63-65), А. (л.д._____) получены при полном не соблюдении порядка проведения процессуального действия и правильного оформления его результатов, с нарушением требований ст.ст. 166,189,190 УПК РФ, и руководствуясь ст.53,120, 121 УПК РФ,
ПРОШУ:
Исключить протоколы допросов свидетелей И. (л.д.______), Л. (л.д.______), В. (л.д.____), _________.(л.д._______), К. (л.д_______), А. (л.д. __________) из перечня доказательств по уголовному делу №3, как недопустимые доказательства.
«_____»____________20                                                                адвокат
 

Читайте также:  Место мировых судей (судов) в судебной системе россии - советы опытного юриста

Протокол судебного заседания как недопустимое доказательство

19 марта 2021 г. 18:13

Адвокатам рассказали о нестандартных возможностях по заявлению ходатайств об исключении недопустимых доказательств и роли защитников в формировании надлежащей судебной практики

19 марта состоялся очередной вебинар Федеральной палаты адвокатов РФ. С лекцией на тему «Нестандартные возможности защитника по заявлению ходатайств об исключении доказательств» выступил советник ФПА РФ, член Совета АП Ставропольского края Нвер Гаспарян.

В начале выступления спикер заметил, что в настоящее время институт недопустимых доказательств испытывает серьезные затруднения в части правоприменения и нередко становится «угрозой» для вынесения оправдательных приговоров.

Он пояснил, что отношение судей к институту недопустимых доказательств изменилось: достоверность стала важнее допустимости.

Лектор добавил, что на практике редко сталкивался с тем, что гособвинители заявляли ходатайства об исключении недопустимых доказательств, поэтому адвокаты-защитники – единственная сила, которая сегодня заинтересована в исключении или выявлении доказательств, полученных с нарушением закона.

«ʺДиффузия произволаʺ распространяется быстро, и только мы, адвокаты, заинтересованы в том, чтобы изменить сложившиеся стереотипы», – подчеркнул Нвер Гаспарян.

Особое внимание слушателей спикер обратил на новую возможность защиты по заявлению ходатайств об исключении из доказательств протокола судебного заседания (полностью или в части), полученного с нарушением закона. Он отметил, что этот важный инструмент почему-то практически не используется адвокатами.

Принято считать, пояснил Нвер Гаспарян, что протокол можно проверить с точки зрения достоверности и полноты записей в нем, но при этом имеет смысл оценить его на предмет допустимости доказательств согласно ст. 83 и 88 УПК РФ.

Так, если в протоколе не отражены все важные атрибуты, которые в нем обязательно должны быть указаны, у защиты возникает процессуальная возможность заявить ходатайство об исключении данного протокола из доказательств. При этом можно сослаться на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 г.

№ 51 «О практике рассмотрения уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», в п. 22 которого указано на необходимость составления протокола судебного заседания в точном соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ.

Лектор перечислил, в каких случаях можно заявлять ходатайство о признании протокола заседания недопустимым доказательством и когда целесообразно это сделать как в первой, так и в апелляционной инстанции, привел методику, особенности, основания и стадии заявления такого рода ходатайств, проиллюстрировав примерами из практики, включая многочисленные судебные прецеденты Верховного Суда. При этом он подчеркнул, что показания – самый важный аспект при заявлении ходатайства об исключении протокола из доказательств. В частности, ответы допрашиваемых лиц не могут быть использованы в качестве доказательств, если заданные им вопросы являются наводящими и не имеющими отношения к данному уголовному делу. Кроме того, в ходе судебного заседания секретари зачастую не успевают точно записать заданные допрашиваемым лицам вопросы и при подготовке протокола формулируют их по своему внутреннему разумению. В связи с этим председательствующий судья, проверяя готовый протокол, не всегда может усмотреть, что какие-то вопросы имеют характер наводящих.

Сложилась парадоксальная ситуация, заметил Нвер Гаспарян: на допросе в ходе досудебного производства свидетели, прежде чем подписать свои показания, читают их и могут внести замечания и дополнения, хотя здесь также не исключены злоупотребления, связанные с непроцессуальным воздействием на них.

В то же время у свидетелей, допрошенных в судебном заседании, права предварительно ознакомиться с тем, как их показания отражены в протоколе заседания, нет, и суд им данное право не разъясняет. Это создает неограниченные возможности для произвольной интерпретации судом показаний допрошенных лиц.

Также было рассмотрено практическое значение удовлетворения ходатайства защиты об исключении протокола.

Таким образом, резюмировал лектор, именно на защитника ложится бремя выявления нарушений, связанных с изготовлением протокола судебного заседания вопреки требованиям ст. 259 УПК РФ.

В заключительной части лекции спикер подчеркнул необходимость более тщательной работы адвокатов-защитников с таким важным судебным доказательством, как протокол судебного заседания, и более активной работы в этом направлении, способствующей формированию надлежащей правоприменительной практики.

Обращаем внимание, что сегодня, 19 марта, вебинар будет доступен до 24.00 (по московскому времени). Повтор трансляции состоится в субботу, 20 марта.

Протокол адвокатского опроса — доказательство в арбитражном процессе

Ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31.05.2002 № 63-ФЗ дает адвокату некоторое количество полномочий в части оказания квалифицированной юридической помощи.

Одним из таких полномочий является опрос лиц, предположительно владеющих информацией по делу. Итак, согласно пп 2 п. 3 ст. 6, адвокат вправе опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь.

Федеральная Палата Адвокатов в своих методических рекомендациях указывает на необходимость фиксирования таковых опросов. На практике, опрос фиксируется в Протоколе (Акте) опроса.

Судами общей юрисдикции такой протокол опроса не принимается в качестве доказательства, и максимально что можно добиться — вызова опрошенного лица в качестве свидетеля.

Совершенно иная ситуация сложилась в Арбитражном Процессе.

Как указывает Девятый арбитражный апелляционный суд, в своем Постановлении от 24.06.2019 года по делу № 09АП-23361/2019:

В Законе об адвокатуре предусмотрено, что адвокат вправе «опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь» (подп. 2 п. 3 ст. 6).

Согласно АПК РФ сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, полученные в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами, являются доказательствами (ст. 64). Таким образом, при системном толковании действующих норм права можно сформулировать вывод о том, что протокол адвокатского опроса, безусловно, является письменным доказательством, которое арбитражный суд обязан принять и приобщить к материалам дела.

Как видим, практика Арбитражных Судов (по крайней мере в Москве) идет по пути прямой доказательной силы такого Протокола.

Более старая практика противоречива, и по регионам встречается как принятие так и не принятие таких Протоколов, по этому тут речь идет только о Москве.

На данный момент я веду два дела (оба на стороне истцом) в АС г. Москвы, в которых использовал Протоколы опроса в качестве доказательств.  Одно из них суд уже разрешил, исковые требования удовлетворил в полном объеме.

Полагаю, нам нужно дальше формировать положительную практику, использовать данные полномочия и данный вид доказательств, подавать мотивированные практикой Ходатайства о приобщении Протоколов адвокатского опроса к материалам дела.

Ходатайство об исключении доказательств — Сам себе адвокат

Ходатайство об исключении доказательств полученных с нарушением процессуального закона является наиболее действенным способом  для подсудимого и его защитника добиться благоприятного приговора.

Порядок разрешения ходатайств об исключении доказательств в суде регламентирован УПК РФ. Несмотря на это,  на практике  процедура разрешения ходатайств очень часто нарушается председательствующими судьями.

 

 Закон гарантирует подсудимого и его защитнику  право  заявить такое  ходатайства на судебной стадии производства по делу.

Посредством заявления ходатайств о признании доказательств недопустимыми сторона защиты вправе оспаривать предъявленное лицу обвинение.

Конституция РФ (ст.50) запрещает судам использовать в качестве доказательств вины подсудимого недопустимые  доказательства.

Понятие доказательство и перечень доказательств содержится в ст. 74 УПК РФ.

Не являются доказательствами процессуальные документы, отражающие ход движения дела ; продлении срока следствия; проведении оперативных или следственных мероприятий и т. д.), так как они не содержат сведений о виновности или невиновности подсудимого, обстоятельствах совершения преступления, а также о данных, характеризующих личность лица, привлеченного к уголовной ответственности.

Такие процессуальные документы оцениваются с точки зрения законности лишь в случаях оспаривания сторонами определенных доказательств по мотивам нарушения установленной процедуры их получения.

Порядок собирания, проверки и оценки доказательств установлен в  ст. 17, 88, 234 и 235 УПК РФ. Запрет на использование в доказывании доказательств полученных с нарушением закона содержится в ст. 75 УПК РФ.

Действующее законодательство закрепляет принцип состязательности и равноправия сторон обвинения и защиты, реализация которого наиболее полно проявляется в предоставлении сторонам возможности обратиться к суду с ходатайством о признании любого доказательства недопустимым.

Порядок заявления и разрешения указанного ходатайства определен в  ч. 5 ст. 234, ст. 235 УПК РФ.  В соответствии с положениями ч. 5 ст.

234 УПК Р ходатайства заявленные стороной должны выносится на публичное обсуждение  с правом другой  стороны, не согласной с заявленным ходатайством, представить свои доводы и возражения.

Если возражений против заявленного ходатайства нет  судья удовлетворяет заявленное ходатайство.

В ст. 235 УПК РФ содержится структура ходатайства об исключении доказательств. В таком ходатайстве должно содержаться указание:

1) на доказательство которое сторона просит исключить;

2) основания  по которым сторона просит исключить доказательство, предусмотренное УПК РФ.

Если сторона возражает против исключения доказательств, судья вправе огласить протоколы следственных действий и другие документы, находящиеся в уголовном деле. Если такое ходатайство заявляется стороной защиты бремя опровержения доводов, представленных защитой, лежит на прокуроре.

Положения указанной статьи закрепляют право сторон до того, как суд предоставит им возможность высказаться по существу заявленного ходатайства, ставить вопрос об исследовании и оглашении протоколов следственных действий, процессуальных документов, о приобщении новых документов, допросе свидетелей .

Заявленное в ходе предварительного слушания или судебного заседания ходатайство должно обсуждаться и разрешаться сразу же после его оглашения. Отложение разрешения ходатайства является незаконным.

Однако, в судебной практике нередко  суд отказывает в удовлетворении ходатайства на разных стадиях судебного разбирательства, мотивируя это тем, что оно заявлено преждевременно, т. е. до полного и всестороннего исследования всех доказательств и материалов уголовного дела.

Такие действия суда являются незаконными, поскольку влекут ограничение прав участников судебного разбирательства.  Как правило, в подобной ситуации приговор подлежит отмене.

В соответствии с требованиями ст. 121 УПК РФ ходатайство подлежит  рассмотрению и разрешению непосредственно после его заявления.

Существенным нарушением закона является не разрешение заявленного ходатайства на момент окончания судебного следствия. Подобные случаи не единичны в судебной практике.

Читайте также:  Инфографика о судебной процедуре несостоятельности (банкротства) граждан - советы опытного юриста

Суды в постановлениях в одних случаях указывали, что «ходатайства будут разрешены судом при вынесении законного решения»; в других — «заявленные ходатайства будут разрешены по существу при вынесении приговора». Что и делалось судами. Все ходатайства были разрешены в приговоре.

При этом следует особо заметить, что каких-либо препятствий к разрешению данных ходатайств в ходе судебного следствия по делам не имелось.

Подобные решения суда первой инстанции о разрешении ходатайств  в  приговоре явились прямым нарушением требований ст. 256, 271 УПК РФ, положения которых обязывают суд  в ходе судебного следствия рассмотреть каждое заявленное ходатайство  участников судебного разбирательства по существу и вынести постановление о его удовлетворении или об отказе в удовлетворении.

Согласно ст. 121 УПК РФ  ходатайство должно быть  рассмотрено и разрешено непосредственно после его заявления. В силу ст. 122 УПК РФ об удовлетворении ходатайства либо о полном или частичном отказе в его удовлетворении судья выносит постановление.

На практике ходатайства защиты об исключении доказательств после их заявления разрешены судом не разрешаются; какие-либо постановления по итогам рассмотрения ходатайств судом в ходе судебного следствия не выносятся. Между тем разрешение заявленных ходатайств во время судебного разбирательства имеет существенное значение для выработки позиции стороны защиты с учетом имеющихся в деле доказательств.

Кроме этого, разрешение заявленных сторонами в ходе судебного следствия ходатайств не путем вынесения постановления, а в приговоре является прямым нарушением требований п. 25 ст. 5 УПК РФ, из которого следует, что постановлением является любое решение, за исключением приговора, вынесенное судьей единолично.

В рассматриваемых ситуациях суд игнорирует данные требования закона, лишая тем самым сторону защиты права в ходе судебного следствия, в случае принятого судом решения об отказе в удовлетворении ходатайств, повторно обратиться к суду с ходатайствами, в которых были бы изложены дополнительные доводы о признании доказательств недопустимыми.

Разрешение ходатайств в приговоре нарушает принцип состязательности сторон, закрепленный в ст. 15 УПК РФ, поскольку судом не создаются необходимые условия для осуществления стороной защиты предоставленных ей прав, что влияет на вынесение судом законного, обоснованного и справедливого приговора.

В соответствии с ч. 1 ст. 381 УПК РФ лишение или ограничение гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдение процедуры судопроизводства являются основаниями отмены обвинительного приговора.

Постановив разрешить ходатайства в приговоре, по окончании судебного следствия, прений сторон и последнего слова подсудимого судья удаляется для постановления приговора.

Между тем разрешение заявленных в ходе судебного следствия ходатайств именно в приговоре противоречит требованиям ст.

299 и 307 УПК РФ, поскольку не относится к вопросам, разрешаемым судом при постановлении приговора, равно как и к содержанию описательно-мотивировочной части обвинительного приговора.

В результате после оглашения приговора невозможно проверить, что разрешалось судом в совещательной комнате в первую очередь: ходатайства стороны защиты или вопросы о виновности подсудимых.

Получается, и то и другое незаконно, поскольку суд, удаляясь в совещательную комнату, обязан был приступить к разрешению только вопросов, указанных в ст. 299 УПК РФ. Разрешение ходатайств после постановления приговора тем более незаконно, поскольку после постановления приговора судья обязан возвратиться в зал судебного заседания для его оглашения.

Из сказанного следует, что доводы, изложенные в ходатайстве об исключении доказательства, подлежат проверке и оценке на момент заявления такого ходатайства.

В этой связи следует констатировать, что разрешение в приговоре заявленных в суде ходатайств полностью дезорганизует процедуру не только судебного разбирательства, но и постановления приговора, а также дезориентирует участников судебного процесса относительно их процессуальных прав на заявление ходатайств и своевременного получения на них адекватного ответа.

Безусловно, данное обстоятельство существенно ограничивает сторону защиты в возможности реализовывать свое конституционное право беспрепятственно и на равных оспаривать предъявленное обвинение. Постановленные таким образом приговоры являются незаконными и подлежат отмене по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 381 УПК РФ.

В судебной практике встречаются случаи, когда сторона защиты на стадии судебных прений заявляет о недопустимости конкретного доказательства.

Судебные прения не предоставляют возможности сторонам обращаться к суду с ходатайствами, ибо порядок заявления и разрешения таковых определен законом до окончания судебного следствия.

Однако если сторона именно в прениях заявила о недопустимости того или иного доказательства, суд не только вправе, но и обязан возобновить судебное следствие.

Заявленные стороной доводы об исключении доказательства должны признаваться новыми обстоятельствами, которые не были известны суду в период судебного следствия.

В данном случае судебное следствие в порядке ст. 294 УПК РФ возобновляется, доводы стороны об исключении доказательства обсуждаются с другими участниками судебного разбирательства, выносится постановление. После этого рассмотрение уголовного дела продолжается в установленном порядке.

Ошибочна позиция судов, которые не реагируют на подобные ситуации, возникающие в судебных прениях, и оставляют без разрешения доводы стороны о недопустимости того или иного доказательства. Подобное обстоятельство должно влечь отмену приговора, что на практике не происходит.

Необходимо отметить, что обоснование приговора доказательством, признанным недопустимым органом предварительного расследования на досудебной стадии производства по уголовному делу либо судом в силу п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ, влечет безусловную отмену данного приговора.

Подобная позиция судов апелляционной и кассационной  инстанций не может быть признана обоснованной, поскольку суд первой инстанции делает вывод о доказанности предъявленного обвинения и виновности лица в содеянном, принимая во внимание совокупность представленных стороной обвинения доказательств. Каждое доказательство является частью такой совокупности. Исключение хотя бы одного доказательства приводит к разрыву общей цепи представленных доказательств, что, в свою очередь, ставит под сомнение выводы о совершении лицом преступления.

Если же суд, делая в приговоре вывод о достаточности доказательств виновности лица в совершенном преступлении, обосновывает при этом приговор недопустимым доказательством, то такой приговор подлежит безусловной отмене: оценка в приговоре недопустимого доказательства не может не повлиять на итоговые выводы суда о доказанности обвинения.

Переоценить совокупность доказательств, произведенную судом первой инстанции, кассационные и надзорные суды не вправе, поскольку последним не известны выводы суда, которые имели бы место без оценки недопустимого доказательства в совокупности с другими. В связи с этим в случае обоснования приговора недопустимым доказательством последний подлежит отмене.

Признание доказательств недопустимыми в уголовном процессе, на примере одного дела. "Эффект домино"

Эта статья является продолжением публикации — Праворуб: Адвокатская «рыбалка» или как ловить следователя «на живца» В этой публикации мне хотелось бы поднять важный вопрос для адвокатов, осуществляющих защиту по уголовному делу. Это вопрос о правильном моменте заявления ходатайства защитниками о признании доказательств недопустимыми, и их исключения.

На  Праворубе этот вопрос уже обсуждался здесь и в кулуарах.

Коллегами высказывалось несколько мнений относительно этого вопроса. В частности, что это нужно делать:

  • на предварительном слушании;
  • с момента заявления государственным обвинителем ходатайства об исследовании конкретного доказательства и до его фактического исследования судом;
  • после исследования судом доказательства.

Заслуживает внимание и позиция, согласно которой момент заявления ходатайства об исключении доказательства, должен выбираться избирательно (в том числе, учитывать вид судебного производства), исходя из тактических целей, которые защита желает достичь в конкретном случае. Я являюсь сторонником последнего мнения, и хочу аргументировать его на примере ранее упомянутого уголовного дела. Напомню, что в первый раз суд вернул дело прокурору по причине неразрешенного отвода следователю, а во второй, в связи с нарушенным правом на защиту обвиняемого, выразившегося в не обеспечении участия на предварительном следствии второго защитника.

Ходатайства о возвращении дела прокурору, в порядке ст. 237 УПК РФ, заявлялись нами в ходе предварительных слушаний. Мы преследовали цель максимального затягивания начала рассмотрения дела по существу в суде.

В качестве альтернативы рассматривался так же вариант подготовки ходатайства об исключении недопустимых доказательств, связанных с указанными нарушениями: постановления о привлечении в качестве обвиняемого, протокола допроса обвиняемого, протокола ознакомления с материалами дела, обвинительного заключения. В связи с этим, подлежал разрешению вопрос о том, могут ли быть вышеупомянутые процессуальные документы признанны недопустимыми доказательствами?

Как следует из содержания ст.

74 УПК РФ:«доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».Исходя из смысла этой статьи УПК РФ, указанные процессуальные документы вроде бы и не несут самостоятельного доказательственного значения, а только являются итоговыми актами следствия.

Однако, Верховный Суд РФ толкует понятие «доказательства» в несколько расширенном контексте, ссылаясь на п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, где в качестве источников доказательств предусмотрены и «иные документы».

Так, например, кассационная коллегия Верховного суда РФ в определении от 27 апреля 2011 г. по делу N 60-О11-СП, указало, что:

Аналогично председательствующий, в нарушение п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, прервал исследование государственным обвинителем иных документов: постановления о приобщении к делу вещественных доказательств — краболовных судов и запроса о предоставлении информации, находящихся на л.д. 252 в томе N 88, л.д.

192 в томе N 9, указав присяжным заседателям на то, что эти материалы не являются доказательствами (лист протокола 125). Председательствующий, в нарушение требований ст. 244 УПК РФ, поставил сторону обвинения в неравное положение с защитой, что не способствовало принципу состязательности сторон.

Таким образом, по аналогии, можно отнести к «иным документам» и вышеупомянутые процессуальные акты.

Если в отношении обвинительного заключения законодатель, в ст. 237 УПК РФ, и предусмотрел последствия составления его с нарушением УПК РФ, то факт доброкачественности остальных процессуальных документов подлежит доказыванию. Следовательно, сторона защиты может заявлять ходатайство об их исключении.

Вообще, предлагаю подискутировать на эту тему. Как я указал выше, нами заявлялось ходатайство о возвращении дела прокурору, а не об исключении доказательств. Возможно, если право на участие второго защитника было нарушено в начале расследования уголовного дела, и затрагивались этим нарушением иные, значимые для защиты  доказательства, то целесообразно было бы заявить ходатайство об их исключении.

Напомню, что суд приступал два раза к рассмотрению по существу уголовного дела, возбужденного по факту хищения дизельного топлива. Первый раз, в единоличном составе, а второй раз, коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции (в настоящее время ст. 30 УПК РФ не предусматривает возможности такого рассмотрения по преступлениям, предусмотренным ч.3 ст. 160 УК РФ).

Читайте также:  Подскажите пожалуйста, как получить отсрочку по административному штрафу? - советы опытного юриста

Это рассмотрение дела в суде первой инстанции можно охарактеризовать, как наиболее продуктивное, в плане работы защиты, для доказывания невиновности наших подзащитных. Во-первых, судья, отдавая ему должное, обеспечил комфортное рассмотрения дела всем сторонам, его состязательность; Во-вторых, государственное обвинение поддерживало не специализированная, надзирающая за следствием прокуратура, а районная прокуратура, которая, в любом случае, не отвечало бы за результат судебного разбирательства; В-третьих, следствие и прокуратура пустили дело на самотек. Свидетели обвинения – оперативные сотрудники, производившие задержание, были, по сути, не готовы отвечать подробно на вопросы защитников, стали путаться в обстоятельствах, сочинять по ходу допроса свои версии. В итоге, в протокол судебного заседания попали их противоречивые показания. В дальнейшем, благодаря этому, часть доказательств обвинения признались судом недопустимыми и были исключены. Ходатайство об исключении доказательств заявлялось на этапе окончания судебного следствия. Этот момент выбирался специально, т.к. нарушения требований УПК РФ подтверждались, в большей части, показаниями понятых и лиц, участвующих при производстве следственных действий. Слишком раннее заявление такого ходатайства не достигло бы своей цели. Кроме того, в ходатайстве об исключении доказательств давалась краткая оценка этих документов для суда, с заделом на прения сторон. Кратко проанализирую основные доказательства, которые нами заявлялись недопустимыми и подлежащими исключению:

Прежде всего, протокол осмотра места происшествия.

Протокол осмотра места происшествия, по таким категориям дел, имеет особое доказательственное значение, т.к. является «первой костью в ряде домино». Вещественные доказательства, изъятые в ходе этого следственного действия, образовывали основную цепь доказательств обвинения по делу. Так, изъятые образцы дизельного топлива, исследовались заключением эксперта по ГСМ; автомобиль, в кузове которого находились бочки с дизельным топливом, исследовался протоколом осмотра предметов; изъятое дизельное топливо, получило стоимостную оценку, а значит, появился размер ущерба и т.д. Закономерно, что мы направили все свои усилия на признание протокола, указанного следственного действия, недопустимым доказательством.

Протокол осмотра места происшествия признавался недопустимым по следующим основаниям:

  • нарушение порядка проведения следственного действия, предусмотренного УПК РФ;
  • наличие существенных противоречий в протоколе, по содержанию обнаруженных и изъятых вещественных доказательств;
  • во время осмотра, фактически, производился личный обыск наших подзащитных, т.к. часть изъятых вещественных доказательств находились при них, в их личных вещах;
  • один понятой отлучался во время осмотра на длительное время;
  • во время осмотра, участвовали оперативные сотрудники, которые производили юридически значимые действия (видеосъемку, забор сравнительных образцов и т.д.), но в протоколе они в качестве участников не указывались.

Следуя здравому смыслу, в ходатайстве мы настаивали на исключении не только самого протокола осмотра места происшествия, с фототаблицей, но и вещественных доказательств, которые изымались этим протоколом, а также всех иных доказательств, непосредственно связанных с их исследованием (заключение эксперта по ГСМ, протокол осмотра автомашины и т.д.).

На время прервемся и вернемся к началу судебного разбирательства.

Государственный обвинитель, когда протокол осмотра места происшествия был оглашен в суде и выяснилась его недоброкачественность для доказательства вины наших подзащитных, скорее всего, предвидел ход наших последующих действий. В связи с этим, решил восстановить обстановку места происшествия путем вызова понятых, принимавших участие в ходе осмотра, и их допроса в судебном заседании. Понятые, будучи допрошенными уже в качестве свидетелей, стали давать такие показания по обстоятельствам осмотра, что у всех участников, мягко говоря, «волосы встали дыбом». В частности, они показали, что пломбы с баков тепловоза сорвали сами оперативные сотрудники, при заборе сравнительного материала из указанных емкостей. Естественно, это не было отражено в указанном протоколе осмотра. К слову, факт отсутствия пломбы на баках тепловоза обвинение преподносило суду в качестве безусловного доказательства, подтверждающего хищение дизельного топлива. С целью закрепления факта отсутствия пломбы, на предварительном следствии были допрошены несколько свидетелей, являющихся работниками РЖД, в круг обязанностей которых входил прием тепловоза от машинистов. После же показаний понятых, важное доказательственное значение этого факта утрачивалось. Естественно, что обвинению такой расклад не понравился. Как происходит в аналогичных ситуациях, государственный обвинитель, потирая свои руки, «разродился» стандартными вопросами к бывшим понятым: такие же Вы показания давали на предварительном следствии; не имеется ли у Вас существенных противоречий в показаниях; предупреждались ли Вы об уголовной ответственности следователем за дачу заведомо ложных показаний? Я думаю, что прокурор потом сильно пожалел, что задал эти стандартные, в таких случаях, вопросы. Понятые, недолго думая, пояснили суду, что вообще на предварительном следствии не допрашивались. Эти показания вызвали у всех недоумение, т.к. в деле имелись протоколы их допросов на предварительном следствии, в которых всё, практически дословно, было переписано с протокола осмотра места происшествия. Из содержания этих протоколов следовало, что они допрашивались следователем в городе Рузаевка (сами же понятые проживали в другой области, в двух часах езды на электричке). Относительно наличия этих протоколов допросов, понятые пояснили, что вообще никогда в городе Рузаевка не были, тем более по делам, связанными с расследованием этого дела. Государственный обвинитель попытался хоть как-то выправить ситуацию, предложив им возможную версию, когда следователь приезжал к ним домой с готовым протоколом допроса и они его там подписали. Единственный момент, который в итоге вспомнили понятые, это то, что расписывались «местным операм» на чистых клочках бумаги. Мы сделали вывод, что они расписывались на бирках, для скрепления вещественных доказательств. При предъявлении им протоколов допросов, понятые, показали, что подписи в них, выполнены не ими. Понятые, даже в условиях прессинга со стороны суда и обвинения, настаивали на своих показаниях, что было, признаюсь, хорошим знаком для нас. Логично было предположить из всего этого, что следователь в условиях ограниченности сроков следствия, которые мы «съели», благодаря своим жалобам на предварительном следствии, просто поленился ехать в другой регион для допроса понятых. При этом рассчитывал, что с «таким» багажом доказательств, дело в суде «пройдет как по маслу», поэтому решился на эту авантюру.В уголовном деле находились следующие материалы:

  1. Заверенная светокопия постановления о рассекречивании материалов ОРД;
  2. Заверенная светокопия постановления о предоставлении материалов ОРД следователю;
  3. Постановления о проведении ОРМ – «Наблюдение»;
  4. Акт выдачи видеокамеры и CD-диска;
  5. Акт изъятия CD-диска;
  6. CD-диск.

Анализ этих документов показал, что нарушение порядка предоставления материалов ОРД в это уголовное дело — это самое незначительное нарушение, по сравнению с тем, что было мною выявлено в ходе судебного разбирательства. Так, из содержания постановлений о рассекречивании материалов ОРД и предоставлении их следователю (их заверенных светокопий), следовало, что указанные материалы направлялись для приобщения к материалам уже возбужденного уголовного дела (указывался номер дела), когда как датированы они были за три дня до этого, когда уголовного дела, в принципе, еще не могло быть. В связи с этим, был сделан вывод о том, что указанные материалы оформлялись задним числом, а значит, и законность других материалов ОРД вызывало сомнение. Учитывая, что указанные постановления были подписаны начальником ЛОВД, и шли с грифом – «секретно», я думаю, простым выговором тут не обошлось. Кроме того, к делу был приобщен CD- диск, с записью ОРМ – «Наблюдение», диаметром 12 см. Этот же диск вручался и изымался, в присутствии понятых, у оперативного сотрудника, производящего видеосъемку при указанном оперативном мероприятии. Мой небольшой экскурс в глобальную сеть «интернет», связанный, в большей части, с удовлетворением любопытства, привел меня к неожиданному открытию. Оказывается, что видеокамера, на которую, якобы, производилась видеосъемка ОРМ, не поддерживает формат CD-диска, диаметром 12 см. В техническом паспорте на видеокамеру этой марки, заявлен CD- диск, диаметром 8 см. Это открытие до поры, до времени, оставалось у нас про запас. Для закрепления наших предположений, связанных с нарушениями при оформлении результатов ОРМ, в ходе допросов оперативных сотрудников, нами тщательно выяснялись все подробности указанного мероприятия. Все «опера», а их было около 10 человек, в один голос утверждали, что все было именно так, как указанно в материалах ОРД, а CD-диск, приобщенный к материалам дела, является оригиналом записи. Только ближе к завершению судебного следствия, мы обозначили позицию по этому вопросу. В качестве подтверждения, суду был предоставлен технический паспорт на эту видеокамеру, скачанный из интернета, а также, приглашен для допроса в качестве специалиста один из работников магазина, торгующего видеокамерами. Последний подтвердил, что CD-диск, диаметром 12 см, не помещается в кассетоприемник указанной видеокамеры. В итоге, как я указывал, нами было заявлено ходатайство о признании доказательств недопустимыми, и их исключении. Судья частично удовлетворил наше ходатайство, исключив, из числа доказательств, протокол осмотра места происшествия, и еще ряд доказательств, не представляющих особой доказательственной ценности. Относительно других доказательств, заявленных нами как недопустимых, в том числе материалов ОРД, нам было отказано по причине необходимости их дополнительной проверки. К слову сказать, на момент рассмотрения нашего ходатайства об исключении доказательств, сложилась очень деликатная ситуация. Сотрудники ЛОВД распространили «утку», согласно которой мы (сторона защиты), якобы, передали деньги судье и государственному обвинителю за развал дела. Это утверждение было явно абсурдным, но, тем не менее, повлияло на решение судьи не заканчивать рассмотрение дела по существу и уходить в совещательную комнату для постановления приговора. В этот же день, после рассмотрения ходатайства об исключении доказательств, как я ранее указывал, государственный обвинитель продублировал ходатайство, заявленное нами на предварительном слушании, о возвращении дела прокурору, в связи с нарушением права на защиту, выразившегося в не обеспечении участия на предварительном следствии второго защитника.

Суд удовлетворил ходатайство государственного обвинителя.

В дальнейшем, мы попытались обжаловать постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору, т.к. это решение на данном этапе уже нас не устраивало, но безрезультатно. Таким образом, мы добились, на мой взгляд, значимых результатов: протокол осмотра места происшествия признан недопустимым доказательством; на руках у нас остался протокол судебных заседаний, в котором были отражены противоречивые показания основных свидетелей обвинения – оперативных сотрудников, принимавших участие в задержании наших подзащитных. Следствие, после возвращения дела прокурору, не успокоилось на этом, на что мы, да и суд, в тайне надеялись, и попыталось во второй раз протолкнуть это дело в суд. В ходе второго рассмотрения дела, обвинение предприняло усилия устранить все указанные мною нарушения, так сказать, вдохнуть новую жизнь в недопустимые доказательства.

Рассказ о том, какие конкретные способы применяло при этом обвинение, и как мы защищались от этого, будет в следующей публикации — здесь.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *