Суд признал провокацией необоснованную проверочную закупку наркотиков — советы опытного юриста

Суд признал провокацией необоснованную проверочную закупку наркотиков - советы опытного юриста

Продолжим рассматривать такое понятие, как провокация незаконного сбыта наркотических средств и психотропных веществ.

В первой части данной статьи я показал на конкретном примере, как происходит классическая провокация, а теперь наша задача – разобраться в том, как доказать наличие этой провокации в действиях оперативных сотрудников.

Признаки провокации сбыта наркотиков и доказательства этих признаков

  • Отсутствие у оперативных сотрудников доказательств сбыта наркотиков
  • Для того чтобы оперативники в принципе могли произвести оперативно-розыскное мероприятие в виде проверочной закупки наркотических средств, они при получении информации о том, что кто-то занимается сбытом наркотиков, должны эту информацию проверить.
  • Только после того, как у них будут доказательства, подтверждающие, что действительно лицо сбывает наркотики, либо готовится к этому, можно проводить законные оперативные действия, которые оформляются соответствующими документами.
  • Естественно, как правило, никаких доказательств у сотрудников оперативных служб быть не может, поскольку они сами заставили задержанное лицо предлагать продать ему наркотики.

Чаще всего оперативные сотрудники просто пишут рапорт о том, что в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий им стало известно, что кто-то занимается сбытом. На основании этого рапорта и проводится проверочная закупка.

Составление лишь одного рапорта, не подтвержденного иными доказательствами, недостаточно для установления наличия в действиях лица признаков сбыта наркотиков.

На предварительном следствии и в судебном заседании оперативные сотрудники дают стандартные показания, из которых следует, что якобы у них имелась оперативная информация о том, что какое-то лицо (может быть, известно его имя, кличка или иные неподтвержденные сведения), которым впоследствии оказался подсудимый, занимается сбытом наркотиков.

В ходе судебного разбирательства защитник должен задать конкретный вопрос оперативникам – из какого источника они получили информацию о совершении подсудимым незаконного сбыта сбыта наркотических средств?

Ответ на этот вопрос всегда будет один и тот же: «Эти сведения засекречены». То есть свидетели по данным обстоятельствам ничего пояснить не смогут, ссылаясь на секретность этих обстоятельств.

Вместе с тем, согласно пп. 1 ч. 2 ст.

7 федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших.

Таким образом, речь идет именно о конкретных сведениях, которые не могут являться слухами или предположениями, а представляют собой информацию, исходящую из конкретного источника и подлежащую проверке посредством исследования или допроса этого источника.

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности, относятся к недопустимым доказательствам.

Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 настоящего Кодекса.

Таким образом, защитник должен настаивать на том, что показания оперативных сотрудников, которые не могут сослаться на источник своей осведомленности, являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу обвинения.

Инициатива на передачу наркотика идет от покупателя, а не от продавца

При осуществлении сбыта как такового инициатива по реализации наркотических средств должна исходить от продавца, то есть продавец должен находить покупателя и предлагать ему наркотики, сам назначать встречи и т. д.

Таким образом, именно сбытчик должен осуществлять действия, направленные на то, чтобы продать кому-то наркотические средства.

В случае провокации сбыта инициатива по продаже наркотических средств исходит от покупателя, а не от продавца.

Покупатель звонит продавцу, встречается с ним, предлагает продать ему наркотик, упрашивает его, давит на жалость, возможно, угрожает, либо сулит за наркотики хорошую цену, то есть различными способами убеждает человека продать ему наркотические средства.

Доказывается данный факт следующим образом.

Защитник заявляет ходатайство об истребовании детализации телефонных соединений на номер своего подзащитного. Из детализации будут прослеживаться входящие звонки от закупщика наркотических средств, что будет свидетельствовать о том, что инициатива в приобретении наркотиков исходила от закупщика.

Обычно органы следствия не отказывают в удовлетворении такого ходатайства, а зачастую сами истребуют детализацию, так как считают ее доказательством сбыта. Ваша же задача будет трактовать этот документ как доказательство провокации сбыта.

  1. Также можно попытаться выяснить у оперативников в ходе допроса их в суде, каким образом закупщик оказался у них.
  2. В моей практике были случай, когда в ответ на этот вопрос оперативник сообщил, что закупщик «был приглашен для проведения с ним профилактической беседы».
  3. И хотя на самом деле эта профилактическая беседа представляла собой задержание будущего закупщика, из такого ответа все равно прямо усматривается, что инициатива в последующем сбыте наркотиков очевидно исходит именно от сотрудников полиции.

Кроме того, приглашайте своих свидетелей на следствие и в суд и ходатайствуйте об их допросе. Это могут быть знакомые, ставшие случайными свидетелями телефонных разговоров или встреч, на которых обсуждался вопрос о приобретении наркотиков. Они смогут подтвердить, что инициатором этих встреч и звонков был именно закупщик.

Сбыт наркотиков не мог бы произойти без активного участия сотрудников полиции.

  • Оперативниками искусственно создаются такие условия, которые в конечном итоге приводят непосредственно к факту продажи наркотических средств.
  • Если бы оперативные сотрудники не заставили зависимое от них лицо просить обладателя наркотиков продать наркотические средства, такого сбыта не произошло бы в принципе, поскольку никто изначально этому человеку наркотики продавать не собирался.
  • И вот тогда создаются такие искусственные условия сотрудниками полиции, которые в конечном итоге приводят непосредственно к продаже наркотических средств.

Это является провокацией и нарушением закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

О таких фактах неоднократно говорили Верховный суд Российской Федерации, Конституционный суд Российской Федерации, а также Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Доказывание провокации крайне затруднительно в условиях современного российского судопроизводства. Тем не менее если провокация имеет место, необходимо настаивать на ее наличии и обосновывать свои доводы.

Если суды первой и апелляционной инстанции не пойдут вам навстречу, обращайтесь в ЕСПЧ, который давно наработал обширную положительную практику по данному вопросу.

При установлении факта провокации уголовная ответственность за незаконный сбыт наркотиков не наступает.

Может возникать ответственность за хранение того объема наркотиков, который был продан, но разница между хранением и сбытом очень значительна.

Даже если мы возьмем первую часть хранения, то максимальное наказание по этой статье установлено до 3 лет лишения свободы, и чаще всего это условный срок. Если же возьмем первую часть статьи за сбыт, то это от 4 до 8 лет лишения свободы, и условный срок в этом случае под большим вопросом.

Поэтому обвиняемому, оказавшемуся в такой ситуации, есть за что бороться. Несмотря на то что суд в большинстве случаев соглашается с позицией обвинения, всегда остается шанс если и не доказать провокацию в первой инстанции, то хотя бы существенно смягчить себе наказание, что может стать неким компромиссом со стороны разумного и опытного судьи.

В следующей статье я расскажу о том, как доказать незаконное хранение наркотиков (ст. 228 УК РФ), если органы следствия обвиняют в покушении на незаконный сбыт наркотических средств (ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 УК РФ).

Сайт автора статьи:Подробнее ➤

Еспч признал проверочные закупки наркотиков провокацией

  • Веселов и другие против России
  • [Veselov and Others v. Russia] (№№ 23200/10, 24009/07 и 556/10)
  • ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

Три заявителя стали объектами негласных мероприятий, проведенных милицией в форме проверочных закупок наркотиков.

Каждый из них умышленно приобрел запрещенные вещества в ходе проверочных закупок, и в результате этих операций они были осуждены за сбыт наркотиков.

В своих жалобах в Европейский Суд заявители утверждали, что их действия не были типичными[1] и объяснялись подстрекательством милиции, а также указывали, что проверочные закупки были организованы произвольно в отсутствие предварительной информации о какой-либо преступной деятельности с их стороны, в связи с чем осуждение являлось несправедливым. Они также жаловались на то, что их доводы о провокации не были надлежащим образом рассмотрены в национальных разбирательствах.

ВОПРОСЫ ПРАВА

По поводу соблюдения пункта 1 статьи 6 Конвенции. Европейский Суд напомнил общие принципы своей обширной прецедентной практики по этому вопросу.

В частности, при проведении проверочных закупок национальные власти обязаны обеспечить, чтобы способ проведения проверочных закупок исключал возможность злоупотребления властью, в частности, провокации. Таким образом, существенное значение имеет система ответственности, которая в данном случае отсутствовала.

Не была создана ясная и предсказуемая процедура санкционирования проверочных закупок, отсутствовала надлежащая регулятивная база, и российская система в этом отношении не получила развития, несмотря на установленные в предыдущих делах недостатки[2].

Это свидетельствует о структурной проблеме российской системы, которая в отличие от большинства других государств-ответчиков не предусматривает при проведении негласных мероприятий процессуальных ограничений, например, таких как требование о получении санкции судьи или прокурора.

Недостатки российской нормативной базы усматриваются в настоящем деле, поскольку милиция не приняла иных следственных мер, помимо проверочных закупок, чтобы проверить подозрение в том, что заявители являлись наркодилерами.

Кроме того, в каждом деле проведение закупки было назначено простым административным решением органа, который позднее осуществлял операцию, основанную на предположительно добровольном сообщении информации частным источником.

Решение содержало недостаточно сведений относительно причин и целей планируемой проверочной закупки, и операция не подвергалась судебной проверке или иному независимому надзору.

Также в отношении двух заявителей частные источники ранее выступали в качестве милицейских информаторов. Ввиду повышенного риска злоупотребления процедурой в подобных делах эти источники должны оставаться строго пассивными в разбирательстве, чтобы не подстрекать к совершению преступления, но в данных случаях они играли активную роль[3].

Следовательно, требовалось особенно убедительное обоснование для закупок: они должны были исполняться в соответствии со строгой процедурой получения санкции и при условии ее документирования[4] таким образом, чтобы обеспечить последующий независимый контроль за действиями участников.

Но в деле заявителей власти не только не восполнили отсутствие процессуальных гарантий, а несправедливо извлекли из него выгоду.

Неудовлетворительная процедура получения санкции на проверочную закупку сделала заявителей объектом произвольных действий милиции и умалила справедливость уголовных разбирательств против них.

Вместе с тем суды страны уклонились от адекватного рассмотрения довода заявителей о провокации и, в частности, не проверили основания проверочных закупок и поведение милиции и ее информаторов в отношении заявителей.

Читайте также:  Жилищные споры - прописка совершеннолетнего ребенка - советы опытного юриста

С учетом этого уголовное разбирательство против всех троих заявителей было несовместимо с понятием справедливого судебного разбирательства.

  1. ПОСТАНОВЛЕНИЕ
  2. По делу допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции (принято единогласно).
  3. КОМПЕНСАЦИЯ

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил каждому заявителю 3 000 евро в качестве компенсации морального вреда, требование третьего заявителя о компенсации материального ущерба отклонено.

Суд признал провокацией необоснованную проверочную закупку наркотиков - советы опытного юриста

Сбыт наркотиков или провокация!?

Суд признал провокацией необоснованную проверочную закупку наркотиков - советы опытного юриста

Однако, как и любой проблемы, у данной проблемы есть две стороны медали. Нет более удобной области для провокаций со стороны правоохранительных органов и, пожалуй, нет более формального отношения к доказательствам со стороны прокуратуры и суда, чем по делам о хранении и сбыте наркотических средств. Статья 228 и статьи 228.1, 228.2, 228.3, 228.4 УК РФ одни из самых распространённых на практике и наиболее детально регламентированы.

Как правило, разработка лиц, осуществляющих сбыт наркотиков, проводится оперативными органами. Значительное количество лиц, осуществляющих наркосбыт сами употребляют наркотики, и они содержаться в картотеках правоохранительных органов.

Подобные лица, как правило, удобны, их легко обрабатывать, они всегда подписывают любые протоколы следственных действий, признательные показания.

В конечном итоге, эти лица всегда под рукой для пополнения соответствующей статистики раскрываемости преступлений данного вида.

Однако, если Вы (не дай бог) стали жертвой оговора либо в отношении Вас проводится откровенная провокация Вам не лишне будет почитать, то что известно многим, но никто об этом не пишет, и то, что может пригодиться.

При задержании лиц, подозреваемых в хранении или сбыте наркотиков, как правило, не используется не ауди, ни видеозапись. Исключением являются резонансные дела с большим объемом наркотических средств (зачастую, в целях пиара приглашаются средства массовой информации).

В дальнейшем суды всегда безоговорочно доверяют протоколам задержания, обыска, изъятия.  Достаточно наличия в протоколах подписей двух понятых. При этом, понятые, как правило, штатные – из числа наркоманов, проституток, алкоголиков, лиц не имеющих постоянной работы и ведущих асоциальный образ жизни, а также абитуриентов полицейских ВУЗов и др.

Еще до Вашего задержания оперативные работники вызывают такого рода понятых.

После задержания оперативные и следственные органы тоже действуют шаблонно. Как правило, никогда не изымаются отпечатки пальцев ни с денежных купюр (при сбыте наркотиков), ни с пакетиков с наркотическим веществом (при хранении). Принадлежность наркотиков или денег никогда не интересует ни следствие, ни суд – Вас судят, практически, по факту обнаружения рядом с вами наркотиков.

Необходимо запомнить, что суды всегда доверяют любой информации исходящей от стороны обвинения. В частности, одним из основных доказательств являются показания оперативных сотрудников.

При этом, данные лица рассматриваются как свидетели обвинения и по мнению суда являются беспристрастными свидетелями.

Источник получения информации этими «беспристрастными свидетелями», откуда они узнали, что Вы сбываете наркотики – суд не интересует. Это камуфлируется термином – «оперативная информация».

Имейте ввиду, что судопроизводство по подобного рода делам имеет достаточно формальный характер. Например, известно, что наказание за хранение наркотических средств значительно ниже чем за сбыт наркотиков.

Так вот, сбыт наркотиков обычно доказывается, исключительно, наличием расфасовки. Если Вас задержали с наркотиком, который расфасован по 2 и более пакетам – для суда это неопровержимое доказательство того, что Вы наркосбытчик.

При этом, оперативным органам необязательно задерживать Вас в момент передачи наркотиков и получения денежных средств.

Если Вас провоцируют на какие-либо действия, даже если эти действия носят незаконный характер – дело должно быть прекращено, а Вы оправданы.

На практике происходит все по-другому. К примеру, если наркоман обязался сдать следствию подельника, и выбор наркомана пал на Вас, то у Вас серьезные проблемы. Как правило, после настойчивых звонков с Вами встречается некий знакомый.

После встречи происходит Ваше задержание и у Вас в машине, или квартире «вдруг» обнаруживается наркотическое средство. Пока вы находитесь в состоянии глубокого шока, Вам подсовывают некие протоколы для подписания.

При этом, Вам гарантируют, что под стражу Вас не возьмут, а оставят на свободе.

Мера пресечения по данному виду преступлений, по статистике, в основном, избирается в виде заключения под стражу. В исключительных случаях допускается залог (не менее 500 000 рублей), домашний арест и, крайне редко, подписка о невыезде.

Вы должны понимать, что на суде большинство доказательств со стороны защиты, приняты не будут. В частности, как показывает практика, распечатка телефонных переговоров с лицом, который Вам подбросил наркотики не имеет для суда значение. Допросы свидетелей обвинения априори носят правдивый характер, а со стороны защиты все свидетели будут «заинтересованы».

И теперь главное… противоядия на все случаи жизни не существует. Но если в отношении Вас совершена провокация, самое главное, постарайтесь не терять самообладание.

При задержании, не пытайтесь оказывать какое-либо сопротивление. Воспользуйтесь своим правом предоставить письменные объяснения (даже в отсутствие адвоката).

В объяснениях письменно заявите, что вы не виновны и действия в отношении Вас носят провокационный характер.

Потребуйте приглашения независимых понятых. Возможно, это будут Ваши сослуживцы, знакомые либо родственники, в беспристрастности которых Вы будете уверены.

Письменно сразу заявите ходатайство о снятии отпечатков пальцев с денежных купюр, с пакетиков, наркотических средств и др. предметов, имеющих отношение в Вашему задержанию. Также ходатайствуйте об изъятии любых носителей видеозаписи, при их наличии (дорожные камеры, камеры в подъездах и т.д.). не забудьте ходатайствовать о предоставлении распечатки телефонных переговоров с Вашего телефона.

Если Вы не виноваты, помните, никогда не признавайтесь в совершении того, чего Вы не совершали. Какие бы блага Вам не обещали, помните – мера пресечения – это прерогатива суда, а никак не следователя, и тем более оперативного сотрудника. Суд будет доверять исключительно тем Вашим показаниям, которые Вы дали на следствии, в присутствие адвоката.

  • И главное, немедленно пригласите адвоката по уголовным делам, который не позволит оказывать на Вас давление и подготовит вместе с Вами тактику и стратегию защиты.
  • Ваши проблемы зачастую пугают своей сложностью и запутанностью. Вам не стоит отчаиваться и необходимо позвонить по телефонам
  • Наши специалисты проведут анализ Вашей проблемы и выработают пути ее разрешения в соответствии с Вашими пожеланиями, реальным положением дел, практическим опытом наших работников и действующим законодательством.
  • Удачи, и успеха.

Проверочная закупка наркотиков как провокация

>500 2001 72% 100%
дел в нашей практике год начала работы по делам о наркотиках дел доведены до положительного результата гарантия конфиденциальности

К одному из видов противоправной деятельности в сфере незаконного оборота наркотиков относится сбыт, который заключается в совершении незаконной сделки купли –продажи наркотиков, либо, например,  сделки по оказанию услуг, где формой расчетов значатся наркотики.

Обнаружение и  фиксация подобных сделок невозможна без использования предусмотренных законом методов и способов, к которым согласно п. 2 ст.6 ФЗ «Об ОРД» относится такое распространенное  по данной категории дел ОРМ, как «проверочная закупка».

Проведение «проверочной закупки», как правило, обусловлено  необходимостью выявление лица, занимающегося незаконной реализацией наркотических средств, а также документирования его противоправной деятельности.

Для проведения указанного ОРМ требуются данные, свидетельствующие о незаконной деятельности лица, в отношении которого планируется провести закупку, а также следует закрепить эти данные, придать им такую профессиональную форму, которая позволит в будущем признать их доказательствами по делу (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 27.06.2012г.).

Если одним из видов сделки по сбыту наркотиков является  купля-продажа, то в таком мероприятии должны участвовать не менее двух человек (сбытчик и приобретатель). Последний при ОРМ участвует не как самостоятельный приобретатель, а под видом приобретателя, действия которого контролируются оперативными сотрудниками.

  • Посредством такого лица оперативные службы получают информацию о подготавливаемом преступлении, устанавливают способы, место и время  совершения сбытчиком преступных действий, определяют круг участников сделки и роль   каждого в момент ее проведения, получают информацию о виде и наименовании наркотика, его количестве и стоимости, устанавливают источник   происхождения наркотика.
  • Участие такого лица в ОРМ  и его действия при покупке наркотиков у сбытчика являются притворными.
  • Следовательно, сама сделка купли-продажи наркотиков с участием такого лица в качестве приобретателя, контролируемая оперативными службами, является мнимой.
  • Здесь следует сказать о том, что целенаправленно созданные условия для совершения  мнимой сделки купли-продажи наркотика не означают совершение оперативными службами провокационных действий в отношении сбытчика.
  • Необходимо отграничивать законные действия оперативных служб от провокации.

Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 26.03.2019 N 33-АПУ19-9

  • ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  • АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  • от 26 марта 2019 г. N 33-АПУ19-9
  • Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Истоминой Г.Н.,

судей Кочиной И.Г., Климова А.Н.,

с участием

государственного обвинителя — прокурора Лох Е.Н.,

осужденных Беляковой Н.А., Савиной Е.М., Александрова В.В.,

защитников — адвокатов Анпилоговой Р.Н., Кротовой С.В. и Шинелевой Т.Н.,

при секретаре Димаковой Д.Н.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Беляковой Н.А., Савиной Е.М., Александрова В.В., адвокатов Максимова М.Н. и Хованской Е.В. на приговор Ленинградского областного суда от 3 октября 2018 года, которым:

Белякова Надежда Александровна, < ... > несудимая,

оправдана по обвинению, предусмотренному ч. 5 ст. 228.1 УК РФ за непричастностью к преступлению,

осуждена:

— по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком на 11 лет,

— за каждое из трех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (от 2, 20 и 21 февраля) к лишению свободы на 10 лет,

— по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на 12 лет,

Читайте также:  Ходатайство о переквалификации обвинения на неоконченное преступление - советы опытного юриста

— в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, — к 14 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

срок наказания постановлено исчислять с 3 октября 2018 года, зачтено в срок наказания время содержания под стражей с 21 февраля 2017 года по дату вступления приговора в законную силу;

Савина Елена Михайловна, < ... >

судимая:

— 7 июля 2010 года по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 5 годам 4 месяцам лишения свободы, освобожденная 24 мая 2013 года по постановлению от 13 мая 2013 года условно-досрочно на 1 год 7 месяцев 18 дней;

— 18 октября 2017 года Волховским городским судом Ленинградской области по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам 6 месяцам лишения свободы, в срок наказания зачтено время содержания под стражей с 17 ноября 2015 года по 15 июля 2016 года и с 20 апреля по 17 октября 2017 года,

осуждена:

— по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на 15 лет,

— по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на 12 лет,

— за каждое из двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (от 2 и 21 февраля) к лишению свободы на 11 лет,

— на основании с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, — к 16 годам лишения свободы,

— в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Волховского городского суда Ленинградской области от 18 октября 2017 года, — к 17 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

срок наказания постановлено исчислять с 3 октября 2018 года, зачтено в срок наказания время содержания под стражей и отбывания наказания по приговору от 18 октября 2017 года: с 17 ноября 2015 года по 15 июля 2016 года, 2 февраля 2017 года, с 21 февраля 2017 года по день вступления приговора в законную силу;

Александров Вадим Владимирович, < ... > несудимый,

осужден:

— за каждое из двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (от 2 и 20 февраля) к лишению свободы на 6 лет;

— в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, — к 8 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

срок наказания постановлено исчислять с 3 октября 2018 года, в срок наказания зачтено время содержания под стражей с 20 по 21 февраля 2017 года и с 3 октября 2018 года по день вступления приговора в законную силу.

Судом принято решение в отношении вещественных доказательств и по процессуальным издержкам.

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденных Беляковой Н.А., Савиной Е.М., Александрова В.В., адвокатов Анпилоговой Р.Н., Кротовой С.В. и Шинелевой Т.Н.

, поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, дополнительно просивших о переквалификации действий Александрова В.В. на ч. 5 ст. 33 ч. 2 ст. 228 и ч. 2 ст. 228 УК РФ, мнение прокурора Лох Е.Н.

, не усматривающей оснований для отмены или изменения приговора, Судебная коллегия,

установила:

Савина Е.М. осуждена за незаконный сбыт 22 ноября 2016 года С. наркотического средства карфентанила массой 8,79 грамма в особо крупном размере.

Белякова Н.А. и Савина Н.А. — за незаконный сбыт Б. 28 января 2017 года по предварительному сговору между собой и с Е. дело в отношении которой прекращено в связи со смертью, наркотического средства карфентанила массой 0,65 грамма в крупном размере.

Этим же приговором Белякова Н.А., Савина Е.М. и Александров В.В. осуждены за покушение на незаконный сбыт группой лиц по предварительному сговору наркотического средства карфентанила массой 1,06 грамма в крупном размере, который не был доведен до конца ввиду изъятия у Савиной Е.М. наркотического средства 2 февраля 2017 года.

Белякова Н.А. и Александров В.В. осуждены за покушение на незаконный сбыт группой лиц по предварительному сговору наркотического средства карфентанила массой 1,57 грамма в крупном размере, который не был доведен до конца ввиду задержания Александрова В.В. 20 февраля 2017 года и изъятия у него наркотического средства.

Белякова Н.А. и Савина Е.М. также осуждены за покушение на незаконный сбыт группой лиц по предварительному сговору наркотического средства карфентанила массой 0,29 грамма в крупном размере, который не был доведен до конца ввиду изъятия наркотического средства при обыске 21 февраля 2017 года по месту жительства Савиной Е.М.

Белякова Н.А. осуждена за покушение на незаконный сбыт в особо крупном размере наркотического средства карфентанила массой 2,09 грамма, который не был доведен до конца ввиду изъятия наркотического средства у нее в ходе обыска 21 февраля 2017 года.

Преступления были совершены в г. Новая Ладога Волховского района Ленинградской области.

В апелляционной жалобе адвокат Максимов М.Н. в интересах осужденной Савиной Е.М. события 22 ноября 2016 года и 28 января 2017 года расценивает как провокацию преступления со стороны сотрудников правоохранительных органов, в связи с чем считает их подлежащим исключению из обвинения.

Полагает, что по делу отсутствуют доказательства наличия самостоятельного умысла Савиной на незаконный сбыт наркотических средств С. и Б., принимавших участие в проверочных закупках. Проверочные закупки считает не отвечающими задачам проведения оперативно-розыскных мероприятий, что влечет недопустимость результатов такой деятельности. Действия Савиной, связанные с передачей карфентанила С.

и Б. считает возможным квалифицировать как пособничество в приобретении наркотического средства без цели сбыта. Считает не установленным умысел Савиной на сбыт изъятого у нее 2 февраля 2017 года карфентанила, а действия осужденной по хранению данного наркотического средства — подлежащими квалификации по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Принадлежность Савиной наркотического средства, изъятого при обыске 21 февраля 2017 года, считает недоказанной, поскольку на момент обыска в помещении кроме нее находились иные лица.

На основании изложенного просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе, в дополнениях к ней и в возражениях на позицию прокурора осужденная Савина Е.М. указывает, что участвовавший в проверочной закупке 22 ноября 2016 года С. путем уговоров склонил ее к передаче наркотических средств. После передачи наркотика С.

ее не задержали, в связи с чем проверочную закупку считает полицейской провокацией, а полученные доказательства недопустимыми.

Как на нарушение процессуальных норм указывает на отсутствие результатов досмотра автомашины, в которой следовали участники мероприятия, на знакомство понятого К. с сотрудником полиции Р., на идентичность объяснений К. и другого участника мероприятия — С.

, в допросе которого судом необоснованно отказано. Полагает, что на момент проверочной закупки К. являлся военнослужащим, однако суд не проверил данную информацию.

Как провокацию Савина расценивает события 28 января 2017 года, поскольку в тот день она приобрела наркотическое средство по просьбе Е. Ссылаясь на исследованные доказательства, на то, что выгоды от оказания помощи не получила, на отсутствие договоренности с Е.

на сбыт, считает, что ее действия нельзя оценивать как незаконный сбыт наркотических средств в связи с отсутствием цели их распространения, просит квалифицировать их как пособничество в приобретении наркотических средств. Ставит под сомнение достоверность показаний Е.

ввиду ее неграмотности, употребления наркотиков, полагает, что показания осужденного Александрова получены путем обмана и угроз со стороны сотрудников полиции.

Необоснованным считает отказ суда в допросе лиц, привлеченных к участию в проверочной закупке 28 января 2017 года лиц, которые бы подтвердили, что наркотических средств при ней не имелось. Оспаривая законность проведенных проверочных закупок, ссылается на отсутствие их аудио- и видеофиксации.

Неверной считает квалификацию ее действий по преступлению от 2 февраля 2017 года, предлагает оценивать их как незаконное приобретение и хранение наркотического средства в крупном размере без цели сбыта.

Полагает, что суд необоснованно положил в основу своих выводов показания осужденного Александрова, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку в судебном заседании он их не подтвердил, опровергла показания Александрова и осужденная Белякова.

Ссылаясь на заключение комиссии экспертов о ее наркотической зависимости, на результаты медицинского освидетельствования утверждает, что приобрела наркотические средства для собственного употребления.

Отсутствие в приговоре указания на время вступления в сговор на сбыт наркотиков с другими лицами расценивает как нарушение права на защиту, поскольку это обстоятельство не позволило заявить алиби. Считает недопустимым протокол ее личного обыска поскольку в нем неправильно указано время, что следует из показаний свидетеля К. Полагает, что суд необоснованно отказал в вызове и допросе понятых И. и В. по вопросам обыска, что, по ее мнению, свидетельствует о предвзятости суда.

Необоснованными Савина считает и выводы о ее виновности в покушении на сбыт наркотического средства по эпизоду от 21 февраля 2017 года, поскольку наркотическое средство было изъято в квартире наркозависимой И. где кроме ее находились наркозависимые Е. и И. Указывает на отсутствие при ней следов наркотических средств, в то время как такие следы имелись у И.

Несмотря на это сотрудники полиции необоснованно задержали ее и Е. При обнаружении свертка с наркотическим средством понятые отсутствовали, судом данные обстоятельства проверены не были, поскольку отказано в удовлетворении ходатайства о допросе понятого Т. результате суд пришел к неверному выводу о принадлежности ей обнаруженного наркотического средства.

Полагает, что ее вина в покушении на незаконный сбыт изъятого карфентанила не доказана, поскольку свидетели И. и И. не подтвердили свои показания, данные в ходе предварительного следствия, а приобретатели наркотических средств, о которых они сообщали, не допрашивались.

Читайте также:  Имеют ли нам право отказать в оформлении убежища? - советы опытного юриста

Мотивировку выводов приговора о принадлежности ей наркотических средств на основании предшествующих событий считает предположением, которое не может достоверно свидетельствовать о ее виновности.

Вс рф: проверочная закупка на основании лишь рапорта – провокация

  • По мнению Верховного Суда РФ, сам по себе рапорт сотрудника органа внутренних дел о том, что лицо занимается незаконным сбытом наркотических средств, который ничем иным не подтвержден, не может служить достаточным основанием для вывода о том, что это лицо занимается незаконным сбытом и совершило бы данное преступление без вмешательства оперативного сотрудника, а из требований статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует, что общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате провокации правоохранительных органов.
  • ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  • ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  • СУДА НАДЗОРНОЙ ИНСТАНЦИИ
  • от 5 ноября 2013 г. N 46-Д13-23
  • Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации
  • установила:

по приговору Похвистневского районного суда Самарской области от 19 августа 2011 года, Гайнанов Р.Ш.,  осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ .

  1. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 19 октября 2011 года приговор оставлен без изменения.
  2. Постановлением президиума Самарского областного суда от 21 марта 2013 года приговор и кассационное определение оставлены без изменения.
  3. По приговору суда Гайнанов признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств.

Преступление осужденным совершено 21 апреля 2011 года в г. области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В надзорной жалобе осужденный Гайнанов оспаривает законность и обоснованность состоявшихся в отношении него судебных решений и просит об их пересмотре, указывая, что наркотические средства Кравцеву он не сбывал, ранее сбытом наркотиков он не занимался, а все действия сотрудников органа внутренних дел, совершенные в отношении него, являются незаконными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия считает жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно п. 1 ст. 6 Конвенции от 4 ноября 1950 года “О защите прав человека и основных свобод” каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основе закона.

В силу изложенного справедливость судебного разбирательства предполагает и справедливый способ получения доказательств по уголовному делу.

Как следует из материалов уголовного дела, для получения доказательств сбыта Гайнановым наркотических средств, сотрудниками органа внутренних дел была использована помощь К. действовавшего в рамках проводимого оперативного мероприятия.

При этом, как следует из материалов дела, оперативное мероприятия в отношении Гайнанова 21 апреля 2011 года проводилось на основании имевшейся у сотрудников органа внутренних дел информации о том, что Гайнанов Р.Ш. незаконно сбывает запрещенное к обороту наркотическое средство – героин по цене за один “чек” – рублей, за два “чека” – рублей.

Об этом свидетельствует имеющийся в материалах дела рапорт, составленный оперуполномоченным НОН ОВД по г.о. и м.р. – Ш.

Кроме этого суд сослался в приговоре на показания свидетелей – сотрудников органа внутренних дел Ш., М., К. об обстоятельствах проверочной закупки, а также на материалы оперативно-розыскных мероприятий, проведенных в соответствии с Федеральным законом “Об оперативно-розыскной деятельности”.

Вместе с тем, согласно п. 4 ч. 1 ст. 6 Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” “проверочная закупка” предусмотрена как один из видов оперативно-розыскных мероприятий, проводимых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.

В силу ст.

7 указанного Закона основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются: наличие возбужденного уголовного дела; ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Таким образом, необходимым условием законности проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия является соблюдение оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных ст.

7 Федерального закона от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности”, и выполнение требований ч. 7 ст.

8 указанного Федерального закона, в соответствии с которым, проверочная закупка веществ, свободная реализация которых запрещена, проводится на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

При этом результаты оперативно-розыскного мероприятия могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния.

Однако, признавая Гайнанова виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств 21 апреля 2011 года, суд не принял во внимание, что в имеющихся материалах оперативно-розыскной деятельности, в том числе и в рапорте сотрудника органа внутренних дел, отсутствуют конкретные сведения о том, что Гайнанов занимается сбытом наркотических средств или готовится к нему. Указанная информация не отражала подробностей предполагаемой противоправной деятельности Гайнанова, не была подтверждена результатами наблюдения за Гайнановым, контролем его переговоров, то есть способами, позволяющими убедиться в наличии умысла на сбыт наркотических средств, сформированного независимо от действий сотрудников правоохранительных органов.

Не могут свидетельствовать о наличии сведений о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния и показания сотрудника уголовного розыска К., который при допросе в качестве свидетеля показал, что 21 апреля 2011 года по просьбе оперативного сотрудника Ш.

принял участие в проверочной закупке у ранее ему незнакомого Гайнанова. В служебном кабинете оперативный сотрудник ОВД по г.о. – М. дал ему сотовый телефон, набрав номер Гайнанова. В разговоре с Гайнановым, К., представившись жителем с.

, сообщил о желании срочно приобрести наркотическое средство, так как он является наркозависимым лицом и в настоящее время “болеет”. Одновременно он назвал Гайнанову лиц, употребляющих наркотические средства, которые порекомендовали обратиться к нему за приобретением наркотического средства.

Гайнанов согласился и назначил встречу около магазина . После этого оперуполномоченный М. показал ему фотографию Гайнанова, и он направился на встречу с осужденным, у которого за рублей приобрел 1 пакетик героина.

Таким образом, из показаний свидетеля К. следует только тот факт, что именно его обращение к Гайнанову, с которым он ранее не был знаком, побудило осужденного согласиться продать наркотическое средство.

При этом каких-либо сведений о том, что Гайнанов, являясь наркозависимым лицом, ранее занимался сбытом наркотических средств или готовился к сбыту, имея при себе наркотическое средство, в показаниях свидетеля К. не содержится.

Что же касается показаний сотрудников органа внутренних дел М., Ш.

то они подтверждают вывод о недостаточности сведений в отношении Гайнанова о причастности к сбыту наркотических средств, которые имелись на момент принятия решения о проведении проверочной закупки, поскольку, как следует из показаний свидетелей, 21 апреля Гайнанов задержан не был, информация в отношении него дополнительно перепроверялась: за ним было установлено наблюдение, планировалось проведение повторной проверочной закупки, а поводом для задержания 27 апреля явились не результаты проверочной закупки от 21.04.2011 года, а информация об употреблении им наркотических средств в кругу друзей (л.д. 221).

Между тем, для проведения ОРМ требуются данные, свидетельствующие о незаконной деятельности лица, в отношении которого планируется провести проверочную закупку.

Однако такие данные, позволяющие утверждать, что Гайнанов готовился совершить преступление, связанное с незаконным оборотом наркотических средств, и совершил бы его без вмешательства сотрудников УФСКН, отсутствуют как в приговоре, так и в материалах уголовного дела.

При таких обстоятельствах, следует признать, что оперативно-розыскное мероприятие в виде проверочной закупки наркотических средств у Гайнанова 21 апреля 2011 года было проведено при отсутствии предусмотренных ст.

7 Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” законных оснований, поскольку по настоящему делу отсутствуют доказательства того, что до обращения к нему К.

, Гайнанов занимался распространением наркотических средств.

Сам по себе рапорт сотрудника органа внутренних дел о том, что Гайнанов занимается незаконным сбытом, который ничем иным не подтвержден, а также не исследован судом, не может служить достаточным основанием для вывода о том, что осужденный занимается незаконным сбытом наркотических средств и совершил бы данное преступление без вмешательства оперативного сотрудника.

Из требований справедливого суда согласно ст. 6 Европейской Конвенции “О защите прав человека и основных свобод” общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате провокации правоохранительных органов.

Согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, Судебная коллегия находит действия органа, осуществлявшего оперативно-розыскную деятельность, выразившуюся в проведении проверочной закупки 21 апреля 2011 года, незаконными, в связи с чем, не могут быть признаны допустимыми доказательствами как результаты оперативно-розыскного мероприятия, так и другие производные от них доказательства.

В силу п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ подлежащей применению в нормативном единстве с ч. 1 ст. 409 УПК РФ обоснование приговора недопустимыми доказательствами является основанием для отмены в порядке надзора приговора и последующих судебных решений.

При таких обстоятельствах судебные решения в отношении Гайнанова подлежат отмене, а дело – прекращению за отсутствием в деянии состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Руководствуясь ст. 407, 408 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Похвистневского районного суда Самарской области от 19 августа 2011 года, кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 19 октября 2011 года, постановление президиума Самарского областного суда от 21 марта 2013 года в отношении Гайнанова Р.Ш. отменить, дело прекратить за отсутствием состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Гайнанова Р.Ш. из-под стражи освободить.

Признать за Гайнановым Р.Ш. право на реабилитацию. 

Источник

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *